Василий Головачев - официальный сайт Василий Головачев - официальный сайт
Василий Головачев - официальный сайт Василий Головачев - официальный сайт Василий Головачев - официальный сайт
Сайт "Русская фантастика"
Книги Василия Головачева
О Василии Головачеве
Иллюстрации к книгам Головачева
Форум Василия Головачева
Гостевая книга Василия Головачева
Архив новостей
Библиография книг Василия Головачева Василий Головачев - Циклы Василий Головачев - Романы Василий Головачев - Повести Василий Головачев - Рассказы Василий Головачев - Произведения

Вторая сторона медали

Камчатка. 21 июля

   Камчатский полигон "Кроноцкий" для испытаний геофизического оружия был создан ещё в середине девяностых годов прошлого века. Проводились ли испытания и закончились ли успешно, знали только те, кто их планировал и проводил. Но в июле этого года на полигоне появились другие военные специалисты, разрабатывающие так называемое вакуумное оружие; среди его конструкторов оно получило игривое название "дыробой".
   Испытания "дыробоя" состоялись двадцать первого июля в двенадцать часов дня. Были предприняты беспрецедентные меры безопасности, секретность мероприятия обеспечивал специальный батальон охраны Министерства обороны, и о настоящем положении дел знали лишь несколько человек в стране, ответственных за разработку новейших систем оружия. Персонал же полигона считал, что на Камчатку прибыли геофизики для проведения очередных "стрельб", что превратилось уже в рутинную проверку техники измерений, вошло в норму и никого особенно не волновало.
   Между тем на полигон прилетели не только министр обороны и начальник научно-технического Управления ФСБ, но и физики, чьи идеи легли в основу разработки "дыробоя". Среди них был и "отец" вакуумной энергетики Владимир Леонтьев, а также конструктор "дыробоя", - официально изделие именовалось "поляризатором вакуумных осцилляций", - Роман Злотниченко, совсем молодой, тридцати четырех лет, но уже доктор технических наук и лауреат многих премий.
   Полигон "Кроноцкий" расположен в западной части Камчатки, на берегу красивого и чистого Кроноцкого озера. Озеро полукольцом окружают шестнадцать вулканов, сидящих на высоких платообразных фундаментах - долах. Высота долов достигает тысячи четырёхсот метров, а самый высокий здешний вулкан - Кроноцкая сопка поднимается вверх на три с половиной километра.
   Из всех этих вулканов лишь пять считаются действующими, хотя выбрасывают в воздух только пар и газы. Однако в последние годы начали просыпаться и остальные, давно потухшие, да и землетрясения в этом районе стали происходить чаще, что естественно было связано с испытаниями геофизического оружия, генерирующего направленные пучки электромагнитных и спин-торсионных полей.
   Группа учёных-физиков и конструкторов "дыробоя" расположилась там же, где базировался и Центр управления полигоном, охраняемый спецподразделениями Министерства обороны. На берегу озера были установлены сборные домики для проживания делегации, а к подземному бункеру Центра управления гостей доставлял небольшой электропоезд, нырявший в тоннель на северном берегу озера. Сам "дыробой" был установлен на склоне сопки Медвежья, представлявшей собой голый каменный бугор, испещрённый рытвинами и трещинами. Когда-то в древности сопка тоже была вулканом, но выбросила столько серного ангидрида, что ни деревья, ни кустарники, ни травы на ней не росли. Лишь подножие сопки окружало кольцо кедрового стланика и вереска.
   В двенадцать часов дня начальник полигона генерал Уткин доложил министру обороны, что всё готово к испытаниям, и тот кивнул:
   - Начинайте.
   Московские гости расположились в центре зала управления, перед большим плоским телеэкраном, показывающим склон сопки и бронетранспортёр, на борту которого высилась установка вакуумного поляризатора, похожая на лазерный излучатель и на старинную пушку одновременно. Её ствол смотрел под углом сорок пять градусов к основанию сопки. Во избежание неприятных сюрпризов решено было "просверлить вакуум", а заодно и горные породы под сопкой на глубину километра и по направлению к ядру Земли, хотя и не строго по радиусу к нему.
   В зале прозвучал гудок.
   Все разговоры стихли. Учёные замерли, впившись глазами в экран. Раздался равномерный стук метронома. На десятой секунде руководитель испытаний коротко сказал: Пуск! - и нажал на красную кнопку включения "дыробоя".
   Дуло "пушки", обмотанное стеклянной спиралью, покрылось слоем неярких в свете дня искр и плюнуло сгустком прозрачного лилового огня. Раздался странный скрежещущий вопль, от которого у всех присутствующих в зале управления, упрятанного в недрах скал на глубине двадцати метров, завибрировали кости черепа. Люди схватились за уши. Министр обороны выругался. Что-то быстро проговорил Леонтьев, обращаясь к непосредственному конструктору "дыробоя". Речь шла о каких-то "нелинейных деформациях вакуумного поля".
   - Предсказанное нарушение конфайнмента, - коротко ответил физику Злотниченко.
   Сгусток пламени вонзился в склон сопки, вспухло и расплылось струйками сизое дымное кольцо.
   "Пушка" погасла.
   - Эксперимент закончен, - лаконично доложил министру руководитель испытаний.
   Все разом задвигались, заговорили, перебивая друг друга.
   - Я думал, эта штука эффективней сработает, - проворчал министр.
   - Наоборот, слишком много шума, - возразил учёный. - В канале разряда возникает лавинообразный процесс распада квантонов пространства на монополи, которые в свою очередь разрушают кварки. Процесс этот не должен сопровождаться значительными звуковыми и световыми эффектами.
   - Что же мы тогда слышали? Не глюк же, в самом деле.
   - Глюком мы называем распад кварков и глюонов на кванты энергии. Проанализируем его параметры и выясним причины звукового удара.
   - А посмотреть на ваш "дыробой" поближе можно?
   Леонтьев повернулся к коллеге.
   - Радиация?
   - Практически в норме.
   - Пойдёмте, обследуем место удара.
   Через полчаса присутствующие на эксперименте в сопровождении начальника полигона взобрались на складку дола и подошли к бронетранспортёру с установкой вакуумного поляризатора.
   - Ну и где результат? - хмыкнул министр.
   - Вот, - показал рукой один из специалистов в камуфляже, прибывший к установке раньше.
   В каменном бугре напротив БТР зияло круглое отверстие диаметром с кулак, окружённое сеточкой трещин.
   - И это всё?
   - Так точно! - вытянулся руководитель испытаний.
   - Я думал… - министр пошевелил пальцами, - здесь будет нечто вроде кратера…
   - Мощность импульса невелика… - начал оправдываться Злотниченко.
   - Главное, что поляризатор работает, - перебил его Леонтьев. - По всей длине канала произошёл кварк-глюонный распад материи, чего мы и добивались.
   - А в броне ваш "дыробой" сможет пробить дырку?
   - Разумеется.
   - И на каком расстоянии мы сможем уничтожать бронетехнику противника?
   - Теоретически на любом, но в данном случаем импульс был рассчитан на километровую глубину затухания. Сейчас проверим и выясним.
   - Что ж, неплохо. Продолжайте работу. - Министр бросил взгляд на несолидную дырку в каменном бугре и направился к подножию сопки, где его и свиту ждал вездеход.
   Злотниченко и Леонтьев задержались возле группы испытателей, облепивших бронетранспортёр.
   - Миша, какова глубина канала? - поинтересовался конструктор "дыробоя".
   - Меряем, - отозвался руководитель эксперимента. - Нет эха… но должно быть не меньше километра, без сомнений.
   Он ошибался.
   Длина пробитого в горных породах канала была гораздо больше, хотя никто из специалистов этого ещё не знал.

Москва, 22 июля

   Савву Бекетова разбудил звонок.
   Какого чёрта?! - ругнулся он в душе, дотягиваясь до трубки телефона. Я же в отпуске…
   - Слушаю, Бекетов.
   - Майор, срочно в Управление! - раздался в трубке глуховатый голос полковник Старшинина. - В десять должен быть у меня как штык.
   - У меня билет на самолет… - заикнулся Бекетов, надеясь, что зам начальника Управления пожалеет сотрудника и даст отбой. - В Сочи лечу… а что случилось, Иван Поликарпович?
   - Убиты военспецы, занимавшиеся разработкой импульсного оружия, покушались на министра обороны, он жив, но в реанимации… короче, живо в контору, одна нога там, другая здесь! Будем работать.
   - Блин! - сказал Бекетов расстроенно, поправился: - Слушаюсь, товарищ полковник!
   Положил трубку, попрощался с мечтой об отдыхе на море.
   - Вот гадство! Надо было вчера улететь…
   Через полчаса он уже ехал по Москве в Управление военной контрразведки, где работал следователем по особо важным делам.
   Полковник Старшинин, за глаза называемый подчинёнными Старшиной, худой, костистый, мосластый, длиннолицый, с полуседыми волосами ёжиком, ждал его в своём кабинете. Кроме замначальника Управления в кабинете сидел маленький неприметный человечек в бежевом летнем костюме, с лицом мелкого клерка. Но стоило заглянуть ему в глаза, умные, рассеянно-ждущие, как бы проваливающиеся в себя, и становилось ясно, что этот человек далеко не так прост, как кажется.
   - Знакомьтесь, - отрывисто бросил Страшинин. - Майор Сева Бекетов, рэкс, "важняк", Борис Константинович Шелест, кандидат физматнаук, заведующий нашей лабораторией в Красноярске-66. Савва Андреевич, ты знаешь что-нибудь о теории УКС?
   - Нет, - качнул головой Бекетов.
   Старшинин посмотрел на гостя.
   - Теория упругой квантованной среды, - неожиданным басом отозвался тот, - разработана всего двадцать лет назад, Вадим Петрович - её апологет.
   - Вадим Петрович?
   - Тот, кого убили.
   - Борис Константинович является учеником Леонтьева, - добавил полковник. - Он расскажет, над чем работали Леонтьев и Злотниченко.
   - Мы работали… - Шелест запнулся.
   - Ему можно рассказывать всё, - кивнул Старшинин. - У него "красный" карт-бланш.
   - В общем, мы работали над практическим использованием эффекта Ушеренко. Вадим Петрович пошёл дальше…
   - Что такое эффект Ушеренко? - спросил Бекетов.
   - Эффект сверхглубокого проникновения твёрдых микрочастиц размеров от одного до тысячи нанометров в твёрдые преграды. При этом происходит аномально высокое выделение энергии, примерно как при ядерном распаде. Леонтьев доработал теорию УКС в области энергетических вакуумных взаимодействий, и на базе его расчётов мы создали У-излучатель, в луче которого амплитуда вакуумных осцилляций становится такой большой, что начинают разрушаться не только ядра атомов, но и элементарные частицы, вплоть до кварков.
   Контрразведчики переглянулись.
   - Ты всё понял? - поинтересовался Старшинин.
   - Я закончил радиотех, - пожал плечами Бекетов, скептически поджал губы. - Но до сих пор никому из учёных не удавалось не то что разрушить кварки, но даже растащить, расщепить элементарные частицы на отдельные кварки. Это явление называется конфайнментом.
   - Вы меня приятно удивили, - пробасил Шелест, благожелательно глянув на майора. - Это верно, кварки, свёрнутые в протоны, нейтроны и электроны, невозможно отделить друг от друга обычными методами, но мы обошли этот закон, открыв явление нелинейной квантовой "расшнуровки" частиц.
   - Всё равно не понимаю…
   - Идём дальше, - поднял ладонь Старшинин. - Углубляться в теорию нет времени. Если совсем коротко, Леонтьев и Злотниченко создали генератор…
   - Поляризатор, - поправил учёный.
   - … поляризатор вакуума, названный "дыробоем", и испытали его на полигоне. После чего и произошли нападения на разработчиков и на тех, кто присутствовал при запуске "дыробоя". Исчезли все расчеты, схемы и чертежи установки. Кстати, сам "дыробой" наполовину сгорел, по оценкам инженеров - из-за короткого замыкания. Однако не верю я в скоропостижные короткие замыкания. Мы закрыли полигон, оттуда ни одна душа не выскользнет, надо лететь.
   Бекетов вопросительно поднял бровь.
   - Испытания прошли успешно?
   - В общем-то да. - Шелест смущённо почесал кончик носа. - Хотя и не без сюрпризов.
   - Что вы имеете в виду?
   - Понимаете, мощность импульса была рассчитана так, что длина канала, пробитого "дыробоем" в горных породах, не должна была превысить одного километра. На деле же оказалось, что канал намного длиннее.
   - Насколько?
   Учёный снова взялся за нос.
   - Если верить измерителям, он достиг ядра.
   - Ядра чего? - не понял Старшинин.
   - Ну, не атома же, - усмехнулся Шелест. - Ядра Земли, конечно. И это странно. Мы такого не ожидали. Надо тщательно проанализировать результаты и попытаться объяснить, что произошло.
   - Представляешь? - посмотрел на майора Старшинин. - С такой пушкой можно будет выводить из строя технику противника на расстоянии в тысячу километров.
   - Шесть тысяч, - флегматично поправил его завлаб. - Радиус Земли равен шести с лишним тысячам километров. Я вообще считаю, что наши расчеты неточны, и канал на самом деле длиннее, чем мы себе представляем.
   - Почему? - заинтересовался Бекетов.
   - Потому что при пробое происходит не сферическая деформация вакуума, как при рождении волны гравитационного поля, а векторная, с возникновением самофокусирующегося солитона…
   - Это не главное, - перебил Шелеста полковник. - Доработки теории - ваша забота, расследование - наша. Майор, убийством физика Леонтьева и покушением на министра, - на них напали уже в Москве, - будет заниматься бригада Скворцова, тебе же тебе придётся лететь на Камчатку и разбираться с техникой и теми, кто её обслуживает. Самолёт через два часа. С тобой полетит капитан Лазарев из научно-технического Управления и Борис Константинович.
   Бекетов посмотрел на военспеца. Тот сморщился, развёл руками.
   - Прошу прощения, попутчик я скучный, придётся потерпеть.
   - Ничего, не красна девица, потерпит, - буркнул Старшинин.

Москва - Камчатка, 22 - 23 июля

   Полёт из подмосковной Кубинки до Петропавловска-Кам-чатского на новом военном ТУ-160 занял всего шесть часов. Ещё через час старенький Ми-8 доставил делегацию военной контрразведки на Кроноцкий полигон.
   Во время полёта Бекетов успел познакомиться с Шелестом поближе и убедиться, что военспец - не такой уж и скучный человек, как он о себе говорил.
   После беседы о теории УКС майор с улыбкой вспомнил известный анекдот о рабочих, пытавшихся из украденных на заводе деталей собрать трактор, а получалась у них ракета.
   Шелест улыбнулся в ответ.
   - Это правда, не существует такой теории, которую военные не смогли бы применить для разработки оружия. Но таков уж человек, наполовину ангел, наполовину зверь, жаждущий крови ближнего своего. Вы знаете, я как-то ради любопытства сделал анализ развития орудий уничтожения, получилась интересная статистика.
   - Секретная?
   - Нет , конечно, просто я её никому не показывал.
   - Поделитесь?
   - Если вам интересно.
   - Я тоже работал над анализом оружия, но с другой точки зрения, профессионально - как над утечкой военных технологий.
   - Понимаю. В общем, картина получается такая. Если начать с доисторических времён, то первыми орудиями убийства были кремниевые ножи, затем топоры, луки и копья. Хотя я лично считаю, что они являются лишь следами и свидетелями деградации погибших цивилизаций - Лемурии, Атлантиды и Гипербореи, владевших куда более мощным и современным оружием.
   - Магическим.
   Шелест озадаченно глянул на собеседника.
   Бекетов улыбнулся.
   - Я увлекаюсь эзотерикой и почитываю соответствующую литературу. А ваша идея не нова.
   - Я и не претендую на открытие, - махнул рукой военспец. - После палеолита человечество шагнуло в неолит, эпоха каменных орудий сменилась эпохой бронзы. Появились мечи, кинжалы, копья с металлическими наконечниками, сначала бронзовыми, потом железными. С изобретением пороха на смену холодному пришло огнестрельное оружие, мощь его постоянно росла, появилось атомное и термоядерное. Не упускались из виду и "боковые веточки" - промежуточные энергетические диапазоны, так же принятые на вооружение учёными.
   - Электромагнитное, лазерное оружие.
   - Пучковое, психотронное, химическое и так далее. Теперь мы подошли к использованию энергетических запасов вакуума, которые поистине неисчерпаемы. Причём, заметьте: сначала возникают идеи мирного использования новых энергетических источников, но тут же вслед за ними появляются образцы принципиально новых видов оружия. Будто работает некая программа, понимаете?
   - Нет.
   - Создаётся впечатление, что кому-то выгодна деятельность человечества по изобретению средств индивидуального и массового поражения.
   - Кому? - Бекетов посмотрел на капитана Лазарева, как бы приглашая его принять участие в беседе, но капитан промолчал. Он вообще предпочитал слушать и в разговоры вступал редко, думал о чём-то угрюмо и на вопросы не отвечал.
   Шелест развёл руками.
   - Тут я пас, не знаю. Если бы я верил в пришельцев и во всякую мистику, сказал бы, что создание новых венных технологий выгодно либо "зелёным человечкам", контролирующим жизнь на Земле, либо дьяволу.
   Бекетов засмеялся.
   - В "зелёных человечков" и я не верю, хотя считаю, что дыма без огня не бывает. Возможно, за нами действительно кто-то наблюдает из космоса, слишком много непонятных явлений описано очевидцами, не вмещающимися в рамки естественных природных. Не могут же все они быть лгунами и шизофрениками.
   - Не могут, - согласился Шелест.
   Больше им поговорить не удалось.
   Самолёт приземлился в аэропорту Петропавловска-Кам-чатского, их тут же пересадили в вертолёт, и в одиннадцать часов утра по местному времени Бекетов ступил на землю Кроноцкого полигона, одетый в удобный туристический костюм "арктик": штаны и куртка из мягкой, прочной, водонепроницаемой ткани, кросс-ботинки на липучках, в куртке множество кармашков и приспособлений для ношения личных вещей и кучи разных необходимых для походного человека прибамбасов, в том числе очки, нож, рацию, компас, бинокль и тому подобное.
   В отличие от него капитан Лазарев натянул армейский пятнистый комбез и ничем не отличался от мрачных охранников полигона, встретивших контрразведчиков.
   Первым делом они осмотрели труп Злотниченко, хранившийся в отдельном помещении возле казармы. Конструктор "дыробоя" был убит выстрелом в голову. Стреляли из пистолета "Волк" отечественного производства.
   - Как это случилось? - спросил Бекетов.
   Начальник полигона, сопровождавший гостей из столицы, посмотрел на полковника Павлова, начальника охраны, тот развёл руками:
   - Никто не знает. Его нашли утром в своей палатке. А убили его, по оценке врача, ночью, часа в три утра, когда все спали. Выстрела никто не слышал.
   - Оружие не нашли?
   Начальник полигона передёрнул плечами.
   - Пистолетами "Волк" вооружены только три человека на полигоне: я, мой зам и командир подразделения охраны. Мы проверили: ни один пистолет не пропал, ни из одного не стреляли.
   Бекетов постоял немного у трупа и вышел.
   - Поехали к "дыробою".
   Бронетранспортёр с "дыробоем" на броне всё ещё стоял на прежнем месте, в точке испытаний, несмотря на ухудшение погоды; пошёл мелкий противный дождик. Возле него возились двое хмурых мужчин: один в стандартном камуфляже, бородатый, второй в цивильной одежде. Бородач оказался помощником Злотниченко, знавшим Шелеста. Они поздоровались, и Шелест представил Бекетова и Лазарева. Добавил:
   - Контрразведка.
   Бородач окинул прибывших безразличным взглядом, дёрнул Шелеста за рукав куртки, отводя в сторону.
   Бекетов и Лазарев переглянулись.
   - Учёные, мать их за ногу, - бледно улыбнулся капитан. - Мы для них не авторитеты.
   Бекетов нахмурился.
   - Здесь ЧП, какие могут быть тайны? Кто тут старший?
   - Ну, я, - оглянулся бородач. - Подожди, мы поговорим.
   Майор шагнул к нему, крепко взял за локоть, сказал медленно, чеканя слова:
   - Давайте договоримся, любезнейший. Кому из нас подождать, буду определять я. Это первое. Если вы считаете себя круче местных сопок, то ошибаетесь. Через пять минут вас заменят. Это второе. Всё понятно?
   Бородач дёрнулся, пытаясь высвободиться, глянул на Шелеста, хотел возмутиться, но встретил заледеневший взгляд Бекетова, вздрогнул.
   - Я хотел…
   - Я спрашиваю, вам всё понятно?
   - Понял, - буркнул военспец.
   Бекетов отпустил его локоть.
   - Вот и славно. Показывайте оборудование и рассказывайте, что произошло.
   Возникла небольшая суета, затем гостям показали дырку в каменном бугре на склоне сопки, уходящую в недра полуострова на неведомую глубину, и "пушку" на платформе БТР, оказавшуюся "дыробоем". С виду она была цела, но специалисты уже вскрыли панель управления установкой, и взорам гостей предстала сотовая начинка компьютера, управлявшего поляризатором вакуума. Она выгорела почти вся, и в воздухе отчётливо воняло сгоревшей изоляцией и пластиком.
   - Коротнуло, - заметил один из спецов, с опаской поглядывая на Бекетова.
   - Не похоже, - возразил второй, худой и небритый. - Это не КЗ в классическом варианте.
   - А что? - поинтересовался Бекетов.
   Спец помялся, бросая взгляды исподлобья на бородача, но тот демонстративно молчал.
   - Такое впечатление, что кто-то дал команду, блокирующую систему контроля… и по цепи прошёл запороговый сигнал. Сгорел блок управления, а также вся коммутация слаботочных систем.
   - Кто мог подать команду?
   - Никто, - бросил бородач, подумал и добавил с угрюмым удивлением: - Но выглядит это именно так.
   - Я займусь этим, - сказал слегка оживившийся капитан Лазарев. - Компьютеры и электроника - моя епархия.
   - Действуй, - согласился Бекетов. - А я пока допрошу свидетелей и побеседую с начальством.
   До вечера он выяснял круг допущенных к испытаниям людей и уточнял детали происшествия.
   Начальство в лице полковника Рутберга, командира полигона, и руководителя испытаний полковника Плацебо, толком ничего сообщить не могли. Они знали только то, что испытания закончились торжеством теории и практики, а что произошло после победной вечеринки в кругу военспецов, никто из них не знал. Оба проводили высокое московское начальство - министра обороны и Леонтьева, "приняли на грудь" изрядную дозу "успокоительно-горячитель-ного" и убыли к семьям в офицерское общежитие полигона ещё до отбоя.
   Эксперты, обслуживающие аппаратуру полигона, также не добавили ясности в дело, лишь отметили, что Леонтьев и Злотниченко дольше всех возились с "дыробоем".
   Не помогли следствию и охранники, не заметившие ничего подозрительного вокруг района испытаний - в частности и на территории полигона вообще.
   Зато неожиданно оказался полезным капитан Лазарев, отыскавший в недрах измерительного комплекса "дыробоя" параметры "выстрела" и запись испытаний, а также - что было вовсе уж экзотично и отдавало мистикой - запись с телекамеры, которая глядела на сопку Медвежью с расстояния в полкилометра. В суете вокруг "дыробоя" об этой телекамере забыли, но дотошный Лазарев отыскал в компьютере полигона схемы наблюдения и обнаружил "забытую" телекамеру, установленную на одинокой скале на берегу озера.
   Телекамеру проверили, запись прокрутили, и Бекетов увидел, как в два часа ночи, - камера имела инфракрасную оптику, - возле бронетранспортёра сгустился мрак, приобрёл очертания человеческой фигуры. Ночной гость, неведомо как пробравшийся мимо охраны, влез на БТР, покопался в "дыробое" и растворился в ночи.
   - Сможете определить, кто это был? - поинтересовался Бекетов.
   - Попробую, - буркнул Лазарев, увлечённый работой. Судя по всему, он был специалистом очень высокого класса, и Старшинин не зря дал его в помощники своему подчинённому.

Берег Кроноцкого озера, 23 июля

   Поздно вечером, когда уставший за день майор собирался ложиться спать в одной из палаток на берегу Кроноцкого озера, специально развёрнутых для московской делегации, к нему зашёл Шелест, одетый в старенький спортивный костюм. На лице военспеца лежала печать философской задумчивости.
   - Слышали вечерние новости?
   - Нет, не успел, - ответил Бекетов, натягивая футболку. - Что вас взволновало?
   - В Аргентине, возле Буэнос-Айреса, взорвался нефтеперерабатывающий завод.
   - Ну и что? - пожал плечами Бекетов. - Несоблюдение каких-либо правил эксплуатации, либо террористы постарались.
   - Ещё был сбит американский азимутальный спутник, примерно в той же точке, над Аргентиной.
   Бекетов хлебнул минералки из пластиковой бутылки, разглядывая лицо гостя.
   - Что вы хотите сказать?
   - Оба этих происшествия совпадают по времени и нанизываются на один вектор.
   - Кажется, я догадываюсь…
   Шелест поднял на майора светлые рассеянные глаза.
   - Возможно, я был прав. Леонтьев и Злотниченко не до конца рассчитали параметры импульса. Затухания не получилось. "Дыробой" создал нечто вроде струны мгновенного распада материи, пробившей всю Землю навылет и ушедшей в космос.
   - Здорово!
   - Да, неплохо, - кивнул учёный, - если не считать последствий.
   - Я имел в виду, что мы получили сверхдальнобойное оружие.
   Шелест направился к выходу, бросив:
   - Спокойной ночи, Савва Андреевич.
   - Это всё, что вы хотели сказать? - вдогон спросил Бекетов.
   Военспец не ответил.
   Майор походил по палатке из угла в угол: три шага туда, три обратно, - сел на раскладушку, и в это время зазвонил мобильный телефон. Бекетов поднёс к уху трубку.
   - Я кое-что получил, - заговорила трубка голосом Лазарева, оставшегося в центре управления полигоном.
   - Узнал, кто был этот ночной лазутчик? - оживился Бекетов.
   - Не поверишь…
   - Сейчас подойду.
   - Я сам приду, жди у озера.
   - Что за секретность?
   Лазарев понизил голос:
   - Тут ушей много.
   Бекетов помолчал.
   - Хорошо, я буду у скалы, где стоит камера.
   - Через полчаса.
   - Договорились.
   Гадая, почему капитану взбрело в голову встречаться в укромном месте, а также размышляя над словами Шелеста, Бекетов натянул свой "арктик" и без пяти двенадцать подошёл к скале, торчащей над лесом, в полусотне метров от обрывистого берега северной части Кроноцкого озера. Фонаря здесь никакого не было, но в небе висела ущербная луна, и берег был неплохо освещён.
   Лазарева ещё не было.
   Бекетов прошёлся по кромке обрыва, любуясь лунной дорожкой на озере, зябко поёжился: к ночи похолодало, температура едва ли была выше трёх-четырех градусов выше нуля.
   Что-то плеснуло под обрывом.
   Бекетов насторожился.
   Спину мазнул чей-то липкий взгляд. Пришло ощущение какой-то неправильности в окружающей природе. За ним наблюдали, цепко и зло. Бекетов пожалел, что согласился на дурацкое рандеву с капитаном в отсутствии свидетелей. Тронул рукоять штатного "Волка" в кобуре под мышкой. Поднял к глазам циферблат часов: Лазарев опаздывал уже на пятнадцать минут, а это было против правил. Что-то случилось. А майор не смог адекватно оценить обстановку на полигоне, где произошло ЧП с убийством конструктора "дыробоя" и уничтожением самой установки.
   Бекетов набрал номер Лазарева.
   Где-то далеко, на грани мяукнул знакомый сигнал.
   Бекетов напрягся, прислушиваясь, не понимая, грезится ему этот звук или нет.
   Сигнал повторился и смолк. Но майор уже понял, откуда доносится тихий мяв - из-под обрыва (не может быть!), метнулся на берег озера.
   Груды камней, валуны, скальные ребра, чёрное пятно наполовину в воде, наполовину на плите. Человек?!
   Бекетов начал спускаться по крутому откосу вниз, цепляясь за выступы и рёбра. Чуть не сорвался, но всё же сумел удержаться, сполз до обреза воды, пригнулся, упираясь руками в валун и всматриваясь в пятно, и это его спасло.
   Над ухом вжикнуло.
   Пуля?!
   Он отпрянул в сторону, перекатился на бок.
   Вторая пуля также пролетела мимо, с треском разнесла на куски один из камней.
   Бекетов сделал ещё один перекат, включаясь в боевой режим, выхватил пистолет.
   В десяти шагах у воды шевельнулась тень.
   Он выстрелил.
   С тихим вскриком тень погрузилась в воду.
   Ещё одна тень выросла над обрывом. В камень у головы Бекетова шлёпнулась пуля; стреляли из пистолета с глушителем.
   Он выстрелил в ответ.
   Тень исчезла.
   Бекетов рывком достиг берега, тронул человека за ногу: это был капитан Лазарев, лежавший по плечи в воде. Он явно был мёртв и не шевелился.
   Скрипнув зубами, Бекетов метнулся к обрыву, взлетел на откос как на крыльях, краем зрения уловил движение в кустах, за скалой, бросился в погоню.
   Снова пришло ощущение н е п р а в и л ь н о с т и происходящего. Будто он забыл что-то важное и никак не мог вспомнить. Разгадка пришла спустя мгновение, когда Бекетов обогнул колючий куст можжевельника и наткнулся на человека, пытавшегося взобраться на скалу: никто на выстрелы не отреагировал! Охрана тревогу не подняла!
   Однако размышлять на эту тему было уже поздно.
   Человек бросился на майора как рысь, и тому пришлось приложить максимум изворотливости и сноровки, чтобы отразить нападение и перейти в атаку. Он выманил противника, одетого в камуфляжный комбез, на освещённое луной место, хлёстко ударил его по лицу тыльной стороной ладони (приём "массаж", ослепляющий и отвлекающий), а затем нанёс сильнейший удар кулаком в корпус, чуть пониже ребра, прессуя почку.
   Человек со сдавленным криком отлетел на груду камней, упал.
   Бекетов шагнул было к нему, собираясь обыскать, но вовремя почуял холодок опасности и нырнул на землю, пропуская над собой пулю, выпущенную из пистолета; стреляли из-за стены кустарника в двадцати шагах.
   Да сколько же вас!..
   Он метнулся в сторону, припал за камень, пережидая ещё один тихий выстрел, ответил дважды.
   Вскрик, грохот раскатившихся камней.
   Бекетов выскочил из-за укрытия, бросился на звук удалявшихся шагов; новый противник был ранен и не мог бежать бесшумно и быстро.
   Он догнал его на берегу озера, где склон был не так крут и покрыт песком. Хромающий стрелок обернулся, выстрелил несколько раз (снова "Волк", ети его!), не попал, поднёс к виску пистолет и нажал на курок. Пуля разнесла череп! Тело человека в комбинезоне свалилось на песок.
   - Мать твою! - выдохнул Бекетов, подбегая. Склонился над самоубийцей и не поверил глазам: это был… начальник полигона полковник Рутберг!
   Однако ему не следовало расслабляться.
   Кто-то вдруг подскочил сзади, ударил рукоятью пистолета по затылку. И хотя Бекетов смягчил удар наклоном, его сбили с ног и, спустя минуту после ожесточенной борьбы на песке, вывернули руки и стянули ремнем. Он извернулся, ударил нападавших ногами, попал, но тут же в ответ заработал удар по голове и потерял сознание.

Выбор. 23 июня

   Зеркало воды, мелкие оспинки волн, лунная дорожка…
   Пейзаж неподвижен, но в теле - ощущение движения…
   Яркие точки над головой, мигают вразнобой, как звёзды. В черноте проявляется чьё-то бледное лицо, гаснет, роняя искры на воду…
   Снова слышится звон телефона… или это ему грезится?
   Голоса, постукивание, скрипы…
   - Где я? - вяло спросил Бекетов.
   Из тьмы возникает другое лицо, губы роняют слова:
   - Он очнулся…
   - Где я? - повторил Бекетов.
   Что-то кольнуло в плечо.
   Мрак раздвинулся.
   Бекетов ощутил себя лежащим на палубе яхты, скользящей по глади озера. Впрочем, это был всего лишь небольшой катер.
   Светила луна. Воздух был напоен ароматами луговых трав, дышалось легко, только слегка поташнивало от удара по затылку и болели мышцы ног, натруженные бегом.
   Он сел, опираясь ладонями о холодную палубу, огляделся.
   Вокруг стояли люди в камуфляже, равнодушно глядя на него. Он узнал одного из них - это были охранники полигона. А напротив стоял полковник Павлов, командир подразделения охраны, засунув руки в карманы комбинезона, и тоже смотрел на майора, выпятив губы.
   К нему подошёл пятнистый комбез, понизил голос:
   - Второй пост запрашивает, что случилось, они слышали выстрелы.
   - Скажи - поймали диверсанта, всё нормально.
   - Старший наряда может послать группу.
   - Сколько у нас времени?
   - Минут семь.
   Полковник присел на корточки перед Бекетовым.
   - Что мне с тобой делать, майор?
   - Кто… вы? - с трудом выговорил Бекетов.
   - Не догадываешься?
   - Вы… убили Лазарева… значит, работаете… на ЦРУ…
   Павлов усмехнулся.
   - С воображением у тебя туговато.
   Силы возвращались, мышцы были готовы к действию, несмотря на тупую боль в затылке, но Бекетов ждал момента, понимая, что шансов остаться в живых у него нет. Эти люди шутить не любили и не жалели никого. Но если его не убили сразу, значит, он был нужен убийцам, неизвестно каким образом захватившим полигон.
   - Если не на ЦРУ, то на кого вы работаете? На азиатов?
   - У тебя только один путь, - сказал полковник, пропустив вопрос мимо ушей. - Согласишься сотрудничать с нами - будешь жить, нет - пойдёшь вслед за коллегой.
   - Зачем вы его убили?
   - Он нашёл то, что не должен был найти. Умный парень. Жаль, что так получилось.
   - Что же он нашёл?
   - Сначала я хочу услышать ответ на вопрос.
   - Не зная, кто вы и что вам надо, я не стану отвечать.
   - Жаль, но у меня нет времени на беседы. - Полковник сделал жест пальцем, подзывая кого-то. - Абрамыч, уберите его и чтобы ни одна собака… - начальник охраны не договорил.
   Бекетов вошёл в боевое состояние, выдернул у Павлова пистолет из руки и выстрелил в подходившего к ним охранник. Откатился в сторону, выстрелил ещё раз, целя в другого, схватившегося за автомат. Едва не свалился в воду: он и в самом деле лежал на палубе небольшого катера, стоявшего посреди озера.
   Полковник оказался быстрым и понятливым, поэтому бросаться на Бекетова не стал, опрокинулся через борт и упал в воду вниз головой, спасаясь от выстрела.
   Тотчас же на берегу озера вспыхнул прожектор, его луч нащупал катер, заставив Бекетова отвернуться. Заработали моторы ещё двух катеров, рванувшихся с двух сторон к судёнышку, на борту которого полулежал майор.
   - Не двигаться! - проревел усиленный мегафоном голос. - Бросить оружие! Руки на затылок!
   - Свои… - прохрипел Бекетов, опуская пистолет.
   С приблизившихся катеров к нему на палубу прыгнули двое в камуфляже, с автоматами в руках.
   - Майор Бекетов? Где полковник Павлов?
   - Он… там, - кивнул на воду Бекетов, - нырнул…
   Один из комбезов крикнул:
   - Ныряльщиков в воду! Один прыгнул за борт! - Повернулся к майору. - Где ваш напарник?
   - Убит, - выдохнул Бекетов, только теперь начиная чувствовать боль во всём теле. - На берегу.
   Вскоре суета на озере стихла. Спецвездеход увёз трупы охранников, - Павлова тоже нашли в озере, но уже мёртвого, - в медучреждение полигона. Бекетов, с замазанными йодом синяками и ссадинами, доложил Старшинину по мобильному о случившемся, и тот велел ждать комиссию из Москвы. Бекетов попытался начать следствие по горячим следам, допросил всех свидетелей трагедии, охранников, обслугу полигона, командиров подразделений, но особого успеха не достиг. Понять, что произошло, почему вдруг начальник полигона и командир охраны с тремя подчинёнными решили убрать Лазарева, а потом Бекетова, от кого они получили приказ и на кого работали, с наскока было невозможно.
   Лишь в шестом часу утра, усталый и осоловелый Бекетов добрался до своей палатки и рухнул на раскладушку, не раздеваясь. Но отдохнуть ему не пришлось. В палатку вдруг заглянул Борис Константинович Шелест.
   - Можно?
   Бекетов выругался в душе, с трудом нашёл в себе силы сесть, помял лицо.
   - Заходите.
   - Извините, Савва Андреевич, возникла срочная необходимость поговорить.
   - Может, утром, часов в девять?
   - Нет, я и так опоздал с этим разговором. Это моя вина, что погиб ваш коллега.
   - О чём вы? - не понял Бекетов, наливая из фляги на ладонь воды и вытирая ладонью лицо.
   - Они пытались вас вербовать?
   - Кто? - Сон сняло как рукой. - О ком вы говорите?!
   - О Павлове и Рутберге. Что они вам предложили?
   - Откуда вы знаете?! И вообще… - Бекетов потянулся к пистолету.
   - Не надо, - махнул рукой военспец. - Я сяду и всё объясню.
   Он умостился на краешек табурета возле крошечного стола, посмотрел на поднявшегося Бекетова снизу вверх.
   - Да вы садитесь, Савва Андреевич, я не собираюсь сражаться с вами, как латеранты.
   - Кто?
   - Те парни во главе с Павловым. По сути - зомби, закодированные для определенной операции. К счастью, они торопились и зачистку провели некачественно.
   - Ничего не понимаю! - Бекетов сел на раскладушку. - Какие латеранты? Какая зачистка?
   - Сейчас всё поймёте. Помните, в самолёте мы затронули тему оружия?
   - Помню.
   - Тогда мы пришли к выводу, что человек в первую очередь использует научные идеи для создания оружия. Так вот, эта деятельность и есть его главная задача. Человечество создано для разработки систем оружия для всей Галактики и успешно справляется со своим предназначением.
   Бекетов с изумлением и недоверием посмотрел на собеседника.
   - Вы… шутите?!
   - Вы хотели спросить: не болен ли я? - Шелест усмехнулся. - Не болен. Просто я давно работаю по этой программе и получил задание найти помощника. По-моему, вы вполне подходите.
   - Кто вы, чёрт возьми?! Тоже… из этих… из латерантов?
   - Нет, я как раз из другого лагеря. Латеранты работают на галактическую безопасность, я же служу той стороне, которая нуждается в новом оружии. К сожалению, они вышли на нас в связи с созданием "глюка", и теперь нам придётся заметать следы, делать зачистку, чтобы не произошла утечка информации.
   - Подождите… ничего не понимаю… глюк - это…
   - Новое поколение оружия, создатели назвали его "дыробоем". На самом деле при генерации импульса в вакууме появляется векторная "трещина" или "струна", в которой разрушаются даже кварки, глюоны и кванты пространства. Отсюда название оружия - "глюк".
   - Дыробой" не хуже…
   - Это вопрос вкуса.
   - Как же эти… латеранты вышли на вас?
   - При испытании "струна" "глюка" не только пробила навылет гору, но и всю Землю, ушла далеко в космос, задев американский спутник, и была запеленгована аж в центре Галактики. Вот по ней на Землю и был прислан волновой "пакет" латерантов, внедрившихся в тела людей для ликвидации опасного инцидента.
   - Значит, они тоже прилетели для зачистки?
   - Только с иной целью.
   - Чем же вы отличаетесь от них?
   - Ничем, - спокойно пожал плечами военспец. - Или почти ничем. Просто они контролируют весь процесс разработки оружия, а мы его продаём… э-э, заинтересованным структурам в частном порядке.
   Бекетов невольно покачал головой.
   - Контрабанда…
   - Именно, молодой человек. И сегодня вы нам здорово помогли. В связи с чем я уполномочен сделать вам деловое предложение: не хотите работать на нас? Эта работа очень неплохо оплачивается.
   Бекетов снова качнул головой.
   - Ну и влип! Выходит, сам того не зная, я угрохал галактических чекистов и помог контрабандистам?
   - Выходит, что так, - флегматично кивнул Шелест.
   - Чёрт бы вас подрал! А если я не соглашусь работать на вас? Сообщу в органы…
   - А кто вам поверит? Я же первый заявлю, что вы психически больной человек. После чего вас ликвидируют.
   Бекетов встал, сделал два шага к стенке палатки и обратно, сел.
   - Вы считаете, у меня нет выбора?
   - А вы как считаете?
   Бекетов достал пистолет.
   Шелест прищурился, ни капли не испугавшись, оставаясь сидеть в прежней позе.
   - Убив меня, вы ничего не измените. Придут другие. Но я вас понимаю. Подумайте над моим предложением до утра. Это всё, что я могу для вас сделать. Если согласитесь, выиграете очень много.
   Бекетов посмотрел на светлое окошко палатки.
   - Уже утро…
   - Часа через два я к вам зайду. - Шелест поднялся, вышел.
   А Бекетов остался сидеть с ощущением поставленного к стенке преступника, с отвратительным чувством обмана и обречённости. Он поверил военспецу… и в то же время всё ещё надеялся, что с ним пошутили, сейчас в палатку вернётся военспец, кашлянёт, улыбнётся и признается, что всё это розыгрыш.
   Но таяли секунды, сложились в минуты, истекли полчаса, час, а военспец не возвращался. И тогда майор понял, что он действительно поставлен перед смертельным выбором, ценой которому была не только жизнь, но и кое-что поважней - чистота души.
   Он глубоко вздохнул, расправил плечи, пробормотал вслух, вспомнив перестрелку с латерантами на озере:
   - Простите, ребята, я не знал, что мы коллеги…
   Ещё раз вздохнул, засунул пистолет в кобуру, встал.
   Что ж, господин контрабандист, сейчас ты мне всё расскажешь о своей системе, а уж потом я решу, на чьей стороне воевать…
   Он откинул полог палатки и шагнул в удивительно спокойное и свежее утро новой истории…

июнь 2005

 

Василий Головачев =>> Автор: Биография | Фотографии | Интервью | Off-лайн | Премии
Произведения: Библиография | Циклы | Романы | Повести | Рассказы
Галерея: Картинки | Иллюстрации  Конкурсы   Форум  Архив

© Официальная страница Василия Головачева, 1998-2012 гг.

Рисунки, статьи, интервью и другие материалы НЕ МОГУТ БЫТЬ ПЕРЕПЕЧАТАНЫ без согласия авторов или издателей.

Оставьте ваши пожелания, мнения или предложения!
©2016 Василий Головачев (http://www.golovachev.ru)
Дизайн Владимир Савватеев, 2004
Верстка Павел Белоусов, 2004