Василий Головачев - официальный сайт Василий Головачев - официальный сайт
Василий Головачев - официальный сайт Василий Головачев - официальный сайт Василий Головачев - официальный сайт
Сайт "Русская фантастика"
Книги Василия Головачева
О Василии Головачеве
Иллюстрации к книгам Головачева
Форум Василия Головачева
Гостевая книга Василия Головачева
Архив новостей

Истребитель закона

Назад   Вперед


      Рассказ Коли, безумно радовавшегося освобождению, занял всего несколько минут. Гости слушали его, открыв рты, потому что история была проста и напоминала поучительную детскую сказку о доверчивом зайце, приютившем в своем домике коварную лису.
      Родители Коли разошлись еще несколько лет назад, поэтому он был предоставлен самому себе и всегда испытывал материальные затруднения, тем более, что стипендию платили не всегда, да и того, что платили, хватало разве что на хлеб и чай. По совету знакомого Коля рещил сдавать пустующие комнаты в аренду. Квартиранты нашлись быстро, одну комнату приспособили под офис своей фирмы ("Консалтинг-ЛТД"), а вторую под жилье. Через полгода попросили сдать еще одну комнату - под склад. Коля не возражал, ему хватало спальни, а деньги за аренду жильцы платили исправно. Но потом в руководстве фирмы произошли изменения, пришел новый босс - тот самый мордоворот, которого успокоил Стас первым, и начались конфликты.
      Сначала, сославшись на временные "коммерческие неудачи", квартиросъемщики стали задерживать плату. Потом уменьшили сумму выплат за месяц. А неделю назад, когда Николай робко напомнил о долге, гости взбеленились и объявили ультиматум: "Или ты оформляешь квартиру на нас, или пожалеешь, что родился на свет!" Николай от такого заявления опешил, пробормотал, что пойдет в милицию, и тогда его избили, связали и бросили в ванную с водой, где он и пролежал пять дней без еды и питья, пока его не освободили.
      - Ну и зверье! - протянул Виктор, с жалостью глядя на дрожащего от перевозбуждения и слабости приятеля. - Что будем делать, Стас? Может, действительно позвоним в милицию?
      Стас вышел из комнаты Николая, где тот ютился все это время до инцидента, тихо сказал приходившим в себя парням:
      - Выметайтесь отсюда и побыстрее, если не хотите, чтобы вами занялась милиция или более серьезная контора.
      - Мы тебя... гад!.. на ремни порежем!.. - начал было один из помятой четверки. Квадратнолицый, зеленый от удара, которым его сгоряча наградил Стас, держась за грудь, медленно встал, шаря вокруг себя и в карманах.
      Поглядел на Стаса, тот кивнул:
      - Пушки ваши я забрал, не стоит их искать. И давайте пошевеливайтесь.
      - Хлопец, ты понимаешь, на кого наехал? Мы же...
      Стас шагнул вперед, и мордатый шеф "консалтинговой компании" отшатнулся, умолк. Стас подтолкнул его к выходу, помог остальным, туго соображавшим, что происходит, выбраться из квартиры на лестничную площадку и закрыл дверь. Приятели, выглянувшие из спальни Николая, смотрели на него во все глаза.
      - А если они вернутся? - спросила Люба.
      Словно в ответ на ее слова послышался стук в дверь, потом длинный телефонный звонок. Студенты переглянулись.
      - Я же говорила...
      Стал открыл дверь.
      - Ну?
      - Наши вещи... - хрипло сказал квадратнолицый. - Не присвоишь же ты их себе.
      - Сейчас вынесем. - Стас повернулся к своим. - Давайте выгрузим их хлам.
      Они вынесли на лестничную площадку и в коридор компьютер, факс, ксерокс, телевизоры, несколько сотовых телефонов, одежду квартирантов, с десяток тонких папок, небольшой сейф и две дюжины коробок с каким-то дурно пахнущим товаром. После этого Стас пожелал парням удачи и услышал в ответ угрозу:
      - Мы тебя, щенок, в гробу достанем и яйца отрежем!..
      Стас, закрывавший дверь, оглянулся на говорившего, покачал головой, ответил с иронией:
      - Наверное я плохо объяснил, что может произойти с вами в случае очередного наезда. Лучше бы вам тихо исчезнуть и не высовываться какое-то время. Честное слово, ребята, это хороший совет.
      - Отдай оружие, - прохрипел босс вышвырнутой компании. - На кого ты работаешь, крутой?
      - О железках забудьте, а работаю я на фирму, название которой лучше не произносить вслух.
      - На "чистилище", что ль? - осклабился молодой человек с золотыми зубами.
      Стас, имевший в виду родной институт, помедлил и кивнул.
      - На него, догадливый. А теперь убирайтесь, мо дзиканга кирэтэ имас <Ваше время кончилось (яп.)>.
      - Чего? - вытаращился золотозубый.
      Стас повернулся и закрыл за собой дверь.
      В квартире Мальцева они пробыли три с лишним часа, помогая ему убираться, мыть полы и расставлять мебель так, как она стояла до въезда "фирмачей". Коля пришел в себя, поел, каждые пять минут порываясь высказать свою благодарность друзьям, потом тихо сомлел в кресле, бледный до прозрачности от пережитого волнения, с тенями под глазами и синяками на шее и на руках.
      - Его нельзя оставлять одного, - сказала Люба, приготовив кофе для всех.
      - Я останусь, - сказал Саша, потягивая ароматный напиток. - Позвоню домой, предупрежу.
      - А эти... не вернутся?
      Стас, уже выходивший в коридор и убедившийся, что квартиранты убрались и увезли свои вещи, покачал головой:
      - Не думаю. Документов на аренду у них нет, качать права нечем, а милицию они явно не любят.
      - А про какое "чистилище" они говорили? - поинтересовался Саша. - Не про то самое, что по слухам воюет с мафией?
      - Возможно.
      - Какое отношение имеешь к "чистилищу" ты?
      - Никакого, - честно ответил Стас, в душе твердо решив поговорить с дядей Васей об инциденте с квартирантами, а заодно расспросить его о деятельности "чистилища". В последнее время он все больше убеждался в том, что его любимый учитель каким-то образом связан с ККК.
      Домой он ехал в девятом часу вечера, после того как развез по домам Любу и Виктора. На душе лежала странная тяжесть, будто он совершил неблаговидный поступок. Хотя вымогатели квартиры Коли Мальцева получили по заслугам, все больше и больше начинало казаться, что можно было обойтись без демонстрации боевого мастерства. Складывалось впечатление, что Стас как бы обнаружил себя перед некими темными силами, "засветился", как говорят контрразведчики, и теперь следовало ожидать каких-то ответных шагов этих сил.
      Конечно, ему и раньше приходилось драться, отстаивая свой выбор позиции, мнение, свободу или честь, но никогда прежде он не ощущал такого дискомфорта, не чувствовал себя таким открытым и уязвимым.
      - Какого черта! - вслух сказал Стас, круто выворачивая руль и останавливая машину после поворота с Новоданиловской набережной в проулок, соединявший набережную с Варшавским шоссе: прямо под колеса бросился какой-то человек. И еще толком не разглядев, кто это, Стас вдруг понял, что человек опасен!
      Внимание! - сказал ему внутренний голос. - Тревога!
      И тогда он сделал то, за что самому долго потом было стыдно, и за что дядя Вася впервые его похвалил: Стас включил задний ход, с визгом шин развернулся и рванул машину обратно на набережную. Выстрелов он не слышал, но понял, что по машине открыли огонь, когда заднее стекло разлетелось на стеклянные брызги, а корпус "шестерки" отозвался дробным грохотом вонзавшихся пуль.
      Его не преследовали.
      Проскочив под Автозаводским мостом, Стас по Шлюзовой набережной выехал на Садовое кольцо и через полчаса был дома возле Казанского вокзала. Поставил машину на стоянку, насчитав двенадцать пробоин, на вопрос сторожа: что, в аварию попал? - только кивнул.
      Дядя Вася сидел на диване в гостиной и разговаривал с кем-то по телефону. Увидев лицо Стаса, прекратил разговор, встал на пороге спальни, пока тот переодевался.
      - Что случилось, Котов?
      Стас, выдержав паузу и позаботившись придать лицу безмятежное выражение, рассказал Василию Никифоровичу сначала об инциденте с квартирантами Коли Мальцева, потом о нападении с применением автоматов.
      Василий задумчиво подергал себя за мочку уха, помолчал, размышляя и продолжая разглядывать порозовевшее лицо юноши.
      - Как он выглядел?
      - Не разглядел, - виновато развел руками Стас. - Небольшого роста, плотный, одет в серую куртку... похоже я его сбил. А потом у меня сработала интуиция и я... сбежал.
      - Молодец! - хмыкнул Василий.
      - Ты... серьезно?!
      - Более чем. Если бы не твоя реакция, лежал бы сейчас там... Стреляли из "калашникова"?
      - По-моему, из "винтореза". Но их было двое.
      - Вот видишь. А как ты оказался в районе Новоданиловской набережной?
      - Отвез Виктора домой, он там недалеко живет, на Нагатинской. И все же я не понимаю, почему они напали, начали стрелять... Обознались? Ждали другого на похожей машине?
      - Хотел бы и я это знать, - проворчал Василий. - Однако таких совпадений не бывает. Да и светло слишком было, чтобы обознаться.
      - Но не могли же они знать, что я поеду именно этим путем, если ждали именно меня. И кому я нужен? Хотя... может быть, это были те ребята, которых мы выдворили из квартиры Кольки?
      - Тогда они должны были следить за тобой от Никитских ворот.
      - Я бы заметил, - твердо сказал Стас, отправляясь в ванную.
      Остановился на пороге, оглядываясь на сумрачно-невозмутимое лицо дяди. - Не одобряешь, что я ввязался в эту историю?
      - Еще не знаю, - улыбнулся Василий. - Но похоже, ты избрал мой путь.
      Много лет назад я тоже начинал активно восстанавливать справедливость, давая отпор разного рода подонкам.
      - А сейчас?
      Василий выдержал деланно-простодушный взгляд Стаса, похлопал его по плечу, подтолкнул к двери ванной.
      - Иди, умывайся, ужинай, потом поговорим.
      - Как ты думаешь, кто в меня стрелял? Я же вижу, ты рассчитал версию.
      Василий повернулся, ушел в гостиную и уже оттуда ответил:
      - Похоже, парень, тебя просто кто-то недооценил.

ПРОРЫВ В МИР


      Казанская группировка насчитывала по данным Василия семьдесят человек и придерживалась исключительно самостоятельной линии во всех спорных вопросах с другими бандформированиями. Судя по ее деятельности, это была группировка беспредельщиков, не считавшихся ни с какими авторитетами криминального мира. Руководил ею некто Роман Владимиров, двадцати восьми лет от роду, отсидевший в зоне семь лет и прославившийся своей жестокостью и презрением к боли. Говорили, что он чуть ли не бывший чемпион Европы по кикбоксингу. Едва ли это соответствовало истине, но драться бандит умел и держал своих подельщиков, среди которых почти не было не судимых, в суровой узде.
      Преступной специализацией группировки были рэкет, разбои, грабежи, похищение детей с целью выкупа, заказные убийства. В сферу ее влияния входили: вещевой рынок в Сокольниках, универмаги "Московский" и "Сокол", автовокзал "Комсомольский", три железнодорожных вокзала - Казанский, Ярославский и Ленинградский, торговля в районе вокруг вокзалов и у метро, гостиничные комплексы на Каланчевке, в Сокольниках, в районе Басманной и Красносельской, стадиона "Локомотив".
      Группировка имела четкую внутреннюю структуру и распределение ролей, разведку и контрразведку, связи в правоохранительных органах. Полгода назад члены казанской команды Бочки и Свиридов взбудоражили всю Москву, устроив перестрелку в "Макдональдсе" на Пушкинской площади, во время которой десять человек получили ранения, в том числе туристы из США, и после чего во всех ресторанах сети "Макдональдс" на входе поставили металлоискатели. Задержать стрелков на месте разборки не удалось, они находились в федеральном розыске до сих пор. По сведениям Василия они спокойно продолжали "работать" в группе по своей основной специальности - грабежи и заказные убийства. Кроме того имелись данные, что группировка Владимирова владеет магазинами в Австрии, Гонконге, Германии и Литве.
      Никакой опеки казанцы не терпели, в том числе со стороны воров в законе старой формации. Это действительно были беспредельщики, наводившие ужас на всех, кто с ними сталкивался, подкармливаемые кем-то из сановных лиц государства.
      - Пора за вас браться, парни, - вслух сказал Василий, сидя перед экраном компьютера с выведенным на него досье на казанскую банду. - Если для вас предела нет в безнаказанности, то он есть для нашего терпения.
      Полистав досье, Вася принялся читать общий анализ состояния государства, подготовленный аналитиками центра стратегических исследований ФСБ; о том, что к совсекретным документам имеет доступ не работник службы, федералы, естественно, не догадывались. Пробежав глазами текст документа, Вася не стал ужасаться, ахать и восклицать: Боже мой! В принципе, он знал положение дел в стране, экономика которой практически полностью перешла под контроль преступных группировок. Органы государственного управления также контролировались "семьями" СС, экономическая, финансовая, политическая и военная мощь которых уже не позволяла государству ликвидироватьихэкономическимииправовыми методами.
      Чиновники-расхитители, жулики, спекулянты, мошенники, валютчики, казнокрады, рэкетиры и бандиты легко влились в новые экономические отношения, не считаясь ни с какими законами, ибо вся страна стараниями правительства и Думы была опущена до их уровня, куплена, продана и предана.
      Общество России превратилось в общество криминализированное, где законодательная база была создана в интересах преступных кланов и не могла карать их по заслугам. Борьба за передел собственности шла уже не на уровне здравого смысла, а на уровне инстинктов. Звериная, пещерная психология бандитов и мафиози нынешней России могла поразить кого угодно, только не депутатов Госдумы, продолжавших торговать и продавать. Однако борьба за передел сфер влияния по отраслевому и территориальному принципам закончилась с приходом к власти "маршала" Сверхсистемы Рыкова, у которого проснулся комплекс собственника, тяга к лидерству и крайняя агрессивность.
      Известно, что высшая форма собственности - власть, поэтому Герман Довлатович жаждал власти, причем власти абсолютной, и шел к своей цели напролом, невзирая на сопротивление государственных структур и кардиналов Союза Девяти, не желавших терять своего влияния на социум. Для достижения цели Рыков не гнушался даже элементами психофашизма, используя бессознательные инстинкты толпы: тягу к свободе, к самоутверждению, поклонение вождям, националистические устремления, подчинение стандарту, психологическую неустойчивость. Толпа моментально зверела, стоило бросить ей клич: "Бей иноверцев, спасай Россию!" И Рыков умело пользовался этим рычагом, добиваясь проведения через Думу законов, помогающих СС утверждать свое господство там, где было выгодно.
      Фамилия Рыкова в документе конечно не фигурировала, маршал СС обозначался в нем "фигурой умолчания", но Василий хорошо понимал, о ком идет речь. Но больше всего его поразил вывод экспертов ФСБ: в стране (и во всем мире!) шел интенсивный процесс исключения из культурного оборота культурных ценностей, резко уменьшилось разнообразие социальных структур и институтов, что являлось явным признаком конца эволюции социума.
      Заинтересовавшись, Василий поискал разработчиков аналитического центра, сделавших столь неординарный вывод, и не удивился, когда прочитал фамилию Головань. Кирилл Данилович Головань был заместителем директора Международного института стратегических исследований и кардиналом Союза Девяти. Возвышение Рыкова ему мешало и он искал возможности ограничения деятельности СС и ее маршала.
      - Ну-ну, - пробормотал Василий, - было бы просто здорово, если бы эти волки скушали друг друга.
      "Что ты об этом думаешь?" - напечатал он на экране компьютера, добавив значок "диалог".
      "Не валяй дурака", - ответил компьютер, подумал и добавил:
      "Вы, злодейству которых не видно конца,
      В Судный день не надейтесь на милость Творца!
      Бог, простивший не сделавших доброго дела,
      Не простит сотворившего зло подлеца".
      Омар Хайям
      - Твоими бы устами да мед пить... - пробормотал Василий, которому иногда казалось, что его компьютер - "Шайенн-2000" и впрямь разумен.
      Компьютер он забрал из квартиры Соболева еще десять лет назад, это была именно та машина, через которую Соболев запустил "черный файл" для связи с Монархом Тьмы, и вполне могло быть, что она сохранила магические следы присутствия многореального существа, которым был Монарх.
      В дверь позвонили. Василий прислушался к себе и поплелся открывать: пришел Самандар. Он молча пожал руку хозяину и прошел в кабинет. Кивнул на экран:
      - Ведете философские беседы?
      - Наследие Соболева. Чего только в его памяти нет.
      - С казанцами работал?
      Василий вывел на экран досье на казанскую бандгруппу.
      - Я думаю, ее деятельность чем-то выгодна Рыкову, иначе он бы не терпел ее беспредел так долго в ущерб скрытности СС. С помощью казанцев он вероятнее всего давит на политиков и одновременно отводит внимание правоохранительных органов от более крупных операций.
      - Пора планировать бандлик.
      - План давно готов, можешь ознакомиться и подкорректировать.
      Понадобится шесть-семь мейдеров, чтобы уничтожить сразу всю группировку.
      Самандар сел за стол и несколько минут изучал план ликвидации казанской банды.
      - В принципе годится. Но одновременно с ликвидацией необходимо скинуть файл связей группы с депутатами и Рыковским СС в сеть Федеральной службы безопасности.
      - Почему туда, а не в службу безопасности президента?
      - Президентскую сеть контролирует Рыков, ребята из федеральной команды более свободны.
      - Файл практически готов. Можем запускать хоть сейчас. Кроме него я подготовил наш "Коррумп-реестр", хотя он явно неполон. Но дополнить его - твоя забота.
      Вахид Тожиевич кивнул, выводя на экран "Коррумп-реестр" - список высокопоставленных лиц России, так или иначе связанных с организованной преступностью. Возглавлял список вице-премьер правительства Лобанов.
      - Да, это будет хороший нокдаун Герману, - сказал Самандар, дочитав документ. - Не хватает двух десятков деятелей поменьше рангом, но мне нужно время, чтобы проследить связи каждого. Когда мы этот список выстрелим в эфир, разразится сильнейший правительственный кризис.
      - Я не уверен, что это изменит систему, - негромко сказал Василий. - Мы не можем влиять на расстановку кадров в правительстве, а тем более в Думе, все решает властный эгрегор, а у Рыкова слишком много людей расставлено по всей структуре управления, в том числе зомбированных, не поддающихся никаким увещеваниям.
      Вахид Тожиевич остро глянул на Котова.
      - Ты предлагаешь не трогать систему?
      - Бросая вызов Рыкову, мы бросаем вызов Монарху, а это уже совсем другой уровень разборок.
      - Я тебя не вполне понимаю.
      Василий вздохнул.
      - До этого момента мы воевали с "эсэсовцами", с мафией и коррумпированными чиновниками. Как только мы опубликуем "К-реестр", уровень войны резко повысится, за нас возьмутся кардиналы Союза Девяти и Монарх Тьмы, который сейчас дружен с Германом Довлатовичем, и одним нам эту войну не выдержать. Нужен Соболев.
      - Он мертв... ну, или где-то в "розе", что для нас одно и то же.
      - Надо попытаться отыскать его.
      Самандар скептически скривил губы.
      - Мы туда не пройдем.
      - Мы не пытались, - хмуро отрезал Василий. - Я собираюсь заняться поисками серьезно и уже предпринял кое-какие шаги. Хочешь - присоединяйся.
      - Какие шаги?
      Василий усмехнулся.
      - Попросил совета Хранителей.
      - Разве они открыли доступ к своей общине?

Назад   Вперед
Василий Головачев =>> Автор: Биография | Фотографии | Интервью | Off-лайн | Премии
Произведения: Библиография | Циклы | Романы | Повести | Рассказы
Галерея: Картинки | Иллюстрации  Конкурсы   Форум  Архив

© Официальная страница Василия Головачева, 1998-2012 гг.

Рисунки, статьи, интервью и другие материалы НЕ МОГУТ БЫТЬ ПЕРЕПЕЧАТАНЫ без согласия авторов или издателей.

Оставьте ваши пожелания, мнения или предложения!
©2016 Василий Головачев (http://www.golovachev.ru)
Дизайн Владимир Савватеев, 2004
Верстка Павел Белоусов, 2004